Поэма Пентаура¶
«Поэма Пентаура» — героический эпос, прославляющий победу фараона Рамсеса II над хеттами и их союзниками при Кадеше (ок. 1274 г. до н.э.). Текст дошёл в нескольких копиях на стенах храмов в Карнаке, Луксоре, Абидосе, Абу-Симбеле и Рамессеуме, а также в иератических папирусах. Настоящий перевод основан на издании Генриха Бругша «Egypt under the Pharaohs» (1891).
Вступление¶
Начало победы царя Рамсеса Мери-Амона — да живёт он вечно! — которую он одержал над народом Кхета (хеттов), Нахараина, Малунны, Пидасы, Дарданов, над народом Маса, Каркиши, Касаутана, Каркамиша, Кати, Анаугаса, над народом Акерита и Мушаната.
Юный царь с отважной рукой не имеет себе равных. Руки его могучи, сердце его твердо, сила его подобна силе бога войны Менту в гуще битвы. Он ведёт своих воинов к неведомым народам. Он берёт в руки оружие и становится железной стеной для своих воинов, щитом их в день битвы. Он берёт лук свой, и никто не сравнится с ним. Могущественнее ста тысяч, объединённых вместе, он идёт вперёд.
Мужество его твердо, как у быка, который хватает... Он поразил все народы, которые объединились вместе. Никто не знает тысяч людей, что пали, ни сотен тысяч, что сгинули перед взором его. Ужасен он, когда раздаётся боевой клич его; смелее всего мира; страшен, как свирепый лев в долине газелей. Приказ его будет исполнен. Ни один противник не смеет говорить против него. Мудр совет его. Совершенны решения его, когда он носит царскую корону Атеф и изъявляет волю свою, защитник народа своего от неправды. Сердце его подобно железной горе. Таков царь Рамсес Мери-Амон.
Приготовления к походу¶
После того как царь вооружил свой народ и свои колесницы, а также шарданов, бывших некогда пленниками его, был дан им приказ к битве. Царь выступил в путь, и народ его и колесницы сопровождали его, и следовали лучшей дорогой в походе.
В пятый год, в девятый день месяца Пайни, крепость Хетам (Этам) земли Зар открылась перед царём. Словно сам бог войны Менту, весь мир трепетал при его приближении, и ужас объял всех врагов, приблизившихся, чтобы поклониться царю. И воины его прошли путём пустыни и пошли дорогами севера.
Много дней спустя царь был в городе Рамсес Мери-Амон, что в Захиле. После того как царь выступил вверх по течению, он достиг... и прибыл в Кадеш. Тогда царь прошёл пред их взорами, подобно отцу своему Менту, владыке Фив, и переправился через поток Оронта, и с ним был первый отряд Амона, именуемый «Победа Усермаре-Сетепенре».
Битва¶
Когда царь приблизился к городу, вот, несчастный, поверженный князь Кхета собрал все страны от края моря до земли Кхета, которые пришли целиком: Нахараин, Арвад, Маса, Кешкеш, Келекеш, Лука, Кезведен, Каркемиш, Екереф, Коде, всю землю Нугес, Мешенеф и Кадеш. Не оставил он ни одной страны, которую не привёл бы с собою, с их князьями, бывшими с ним, каждый со своею колесницею, множество величайшее, без подобного. Покрыли они горы и долины; были они как саранча множеством своим.
И вот, несчастный, поверженный князь Кхета вместе с многочисленными союзными странами стоял в боевом порядке, укрывшись к северо-западу от города Кадеша, в то время как его величество был один, с телохранителями своими, и отряд Амона следовал позади него. Отряд Ра переправлялся через русло реки к югу от города Шабтуна, на расстоянии одного итера от отряда Амона; отряд Птаха был к югу от города Аранами; а отряд Сетеха шёл по дороге.
И вот, отряд Ра был рассечён надвое в то время, как они шли, не зная и не приготовившись к бою. Пехота и колесницы его величества отступили перед ними.
Молитва фараона¶
Тогда царь восстал, подобно отцу своему Менту: он схватил оружие и надел доспехи, словно Баал в свой час. И благородная пара коней, что несла фараона, чьё имя было «Победа в Фивах», они были из конюшен царя Рамсеса Миамуна. Когда царь ускорил бег, он ринулся в самую гущу враждебных полчищ Кхета, один-одинёшенек, и никого не было с ним.
Он оглянулся и увидел, что окружён 2500 парами коней, и отступление его было отрезано храбрейшими героями царя несчастных Кхета и всем многочисленным народом, что был с ним, из Арату, Масу, Пидасы, Кешкеш, Малунны, Каззаданы, Хилибу, Акерита, Кадеша и Леки. И на каждой колеснице было по три человека, и все они собрались вместе. И не было ни одного из моих князей, ни одного из моих начальников колесниц, ни одного из моих вельмож, ни одного из моих рыцарей. Воины мои и колесницы мои покинули меня, никого из них не было, чтобы принять участие в битве.
В отчаянном положении фараон воззвал к богу Амону:
«Я взываю к тебе, отец Амон. Я среди неведомых множеств. Народы собрались против меня. Мои многочисленные воины покинули меня. Когда я звал их, ни один не услышал голоса моего. Но я думаю, что Амон стоит для меня больше, чем миллион воинов, чем сотни тысяч коней, чем десятки тысяч братьев и сыновей, даже если бы все они были объединены вместе в одном месте. Дела множества людей — ничто; Амон лучше их. Что случилось со мной здесь — по повелению уст твоих, о Амон, и я не преступлю повеления твоего. Вот, я взываю к тебе с крайних пределов мира».
Ответ бога¶
И голос мой нашёл отзвук в Гермонтисе, и Амон услышал его и пришёл на мой зов. Он простёр ко мне руку свою, и я возликовал. Он воззвал ко мне из-за спины: «Я поспешил к тебе, Рамсес Мери-Амон. Я с тобой. Я — он, отец твой, бог солнца Ра. Рука моя с тобой. Да! Я стою больше, чем сотни тысяч, объединённых вместе. Я — владыка победы, друг доблести; я нашёл в тебе правый дух, и сердце моё радуется тому».
Подвиг фараона¶
Всё это свершилось. Я преобразился, став подобным богу Менту. Я метал дротик правою рукой, я сражался левой рукой. Я был как Баал в свой час пред их взорами. Я оказался среди 2500 пар коней; я был посреди них; но они были разбиты в куски перед конями моими. Ни один из них не поднял руки, чтобы сражаться; мужество их упало в груди их, члены их ослабели, они не могли метнуть дротик, ни имели мужества нанести удар копьём. Я заставил их упасть в воды, как падают крокодилы. Они падали ниц один за другим. Я убивал их по своей воле, так что ни один не оглянулся назад, ни один не обернулся. Каждый пал, и не поднялся вновь.
Бегство царя Кхета¶
И стоял там несчастный царь Кхета посреди воинов своих и колесниц своих, чтобы созерцать битву царя. Он был совсем один; ни одного из воинов его, ни одной из колесниц его не было с ним. И он обратился в бегство от страха перед царём. Тогда послал он князей в великом множестве, каждого с колесницей его, хорошо снаряжённой всякого рода оружием: царя Аратиута и его из Масы, царя Малунны и его из Леки, царя Дарданов и его из Кешкеш, царя Каркамаша и его из Хилибу. Все вместе были братья царя Кхета, собравшиеся в одном месте, числом 2500 пар коней. Они устремились вперёд, лица их были обращены к пламени огня (т.е. ко мне).
Я устремился на них. Как Менту был я. Я дал им изведать руку мою в мгновение ока. Я сокрушил их и убил их там, где они стояли. Тогда воскликнул один из них другому: «Это не человек. О горе нам! Тот, кто...» [текст обрывается].
Заключение¶
Царь вернулся с победой и силой, собственной рукой своей поразив сотни тысяч до земли. И воины его, и колесницы его, и все люди Египта воздали хвалу могуществу его, ибо он один, без помощи других, сокрушил врагов Египта и утвердил границы страны навеки.
Написано в седьмой год царя Рамсеса Миамуна, в месяц Пайни, Пентауром, царским писцом.
Иллюстрация¶
